Исследование феноменов онтологической неуверенности и защитных стратегий личности в последнем романе М. Горького

Лесевицкий Алексей Владимирович

doi:10.30853/pa20260040

Архив научных статей

ВЫПУСК:

Pan-Art. 2026. Том 6. Выпуск 2

КОЛЛЕКЦИЯ:

Философия искусства и культуры

Все выпуски

Аннотация. Цель исследования – предложить философскую интерпретацию образа главного героя романа М. Горького «Жизнь Клима Самгина» через призму экзистенциальной психологии Р. Д. Лэнга, рассматривая «расколотое Я» не как социальную патологию или моральный порок, а как особую защитную стратегию личности, формирующуюся в ответ на онтологическую незащищённость в раннем детстве. В центре внимания автора – философская проблема границ субъективности: каким образом индивид, лишённый адекватного «зеркального отражения» в детстве, выстраивает отношение к миру и к самому себе. Научная новизна заключается в том, что впервые в отечественном литературоведении и философии культуры аппарат лэнговской концепции «расколотого Я» системно применяется к анализу горьковского героя. В отличие от советской критики, видевшей в Климе лишь воплощение «самгинщины» – идейной беспомощности и исторической обречённости буржуазной интеллигенции, − автор показывает, что внешняя холодность, гиперрефлексия и отстранённая наблюдательность героя являются онтологической защитой от страха поглощения, растворения и утраты границ собственного «Я». В статье впервые проводится философское осмысление этического потенциала «расколотого сознания». Результаты исследования показывают, что роман М. Горького может быть прочитан как художественное исследование мировоззренческого кризиса личности, предвосхитившее открытия экзистенциальной психологии и философии диалога второй половины XX века. Автор устанавливает, что «расколотое Я» Самгина – это не ментальная патология, а закономерный продукт дисфункциональной семейной среды, где ребёнок не получил подтверждения своей реальности. Страх быть поглощённым Другим, стремление сохранить дистанцию, имитация социальных ролей и постоянная саморефлексия представляют собой не моральные изъяны, а вынужденные механизмы психологического выживания. Более того, именно эта онтологическая неуверенность оказывается этически значимой: она блокирует возможность радикального фанатизма, открывая пространство для рефлексивного сомнения как альтернативы революционному догматизму.